Американские Размышления - сайт Стивена Лаперуза

Непопулярные размышления о московских празднествах и лондонской трагедии

Часть первая

Две глубокие урны лежат перед прагом Зевеса,
Полны даров: счастливых одна и несчастных другая.
Смертный, которому их посылает, смесивши, Кронион,
В жизни своей переменно и горесть находит и радость[1].

Эти строки из гомеровской «Илиады» (песнь XXIV, стихи 527-530) Томас Джефферсон процитировал 1 августа 1816 года в Монтичелло, штат Вирджиния в письме своему другу и соратнику Джону Адамсу, бывшему президенту США, проживавшему в Квинси, штат Массачусетс. В своей переписке они обсуждали чувство скорби (в те времена это слово соответствовало современному понятию «страдание»), а также соотношение радости и горя в человеческой истории. Это сочетание символически изображено на фронтоне театра: смеющаяся маска Комедии и плачущая маска Трагедии.

В субботний день 6 сентября 1997 года в Москве и Лондоне одновременно прошли очень разные публичные церемонии: празднества и похороны. Присмотревшись к этим дарам, излитым на простых смертных из двух зевесовых урн, можно глубже понять сущность так называемой человеческой природы.

Мифология князя Юрия Долгорукого и принцессы Дианы

Памятник князю Юрию Долгорукому в Москве
Памятник князю Юрию Долгорукому в Москве

Как бы ни выглядел князь Юрий Долгорукий в 1147 году, когда град Москва уже был построен на месте слияния двух рек (празднование 850-летия города было назначено на 5-7 сентября по чисто организационным соображениям), одно можно сказать наверняка: князь и его конь не имели ничего общего с той величественной статуей, что стоит на Тверской площади с 1954 года. В отличие от князя, принцесса Диана обладала миловидной внешностью, но если бы ее облик не тиражировался в средствах массовой информации вопреки мольбам не вмешиваться в ее частную жизнь, едва ли весь мир узнал бы об этой трагедии и выразил бы такую единодушную скорбь. Основатель Москвы князь Юрий (ок. 1090–1157) не мог вообразить, что спустя восемь с половиной веков его фигура окажется в центре пышных праздничных торжеств; принцесса Уэльская Диана вовсе не любила быть в центре внимания и в отчаянии умоляла не делать из нее мировую знаменитость. Прошедшие в один день веселые московские гуляния и мрачные лондонские похороны весьма красноречиво говорят о комических и трагических аспектах человеческой природы, ибо ни средневековый князь, ни злополучная принцесса не были в реальной жизни такими, как их изображала массовая мифология.

Краткий оксфордский словарь определяет слово «миф» так: «традиционное повествование, в котором обычно упоминаются сверхъестественные или воображаемые персонажи и воплощены распространенные представления о природных или социальных явлениях». Народ действительно воплотил свои социальные фантазии в Юрии Долгоруком и принцессе Диане. Если бы бедный князь обрел дар речи, то мог бы высказать много неприятного о нынешнем состоянии Москвы, хотя уличные лозунги призывают любить и верить в нее, называют ее «лучшим городом мира», «сердцем Святой Руси» и т. п. Возможно, князь Юрий и даже его боевой конь рассудили бы, что тратить на роскошные празднества около 50 миллионов долларов было слегка несвоевременно, неуместно и просто недостойно по отношению к престарелым московским пенсионерам, которые в советское время строили этот достойный любви город. А разве посчитал бы Долгорукий наивысшим благом для города строительство бесконечных Макдональдсов? Так или иначе, но на самой главной церемонии празднования 850-летия столицы, когда флаг Москвы торжественно поднимали рядом с его статуей, князь скромно промолчал, какие бы похвалы ни расточали ему и его городу. Принцесса Диана не могла рта раскрыть или выйти из дома, чтобы каждый ее шаг не был прокомментирован – правдиво или лживо, доброжелательно или злобно – на первых страницах бульварных или респектабельных газет по всему миру. Князь Юрий был принужден молча выслушивать длинные речи нынешних московских правителей, а затем терпеть оглушительную поп-музыку и взирать на неприличные танцы. Диана, несмотря на ее гневные протесты и отчаянные мольбы, продолжала оставаться излюбленной мишенью репортеров и предметом сплетен для миллионов людей во всем мире.

Новый московский Триумвират

Москва, 5 сентября 1997 года, 7-8 часов вечера

Мэр Москвы Юрий Лужков, президент России Борис Ельцин и Патриарх Алексий II на церемонии инаугурации Лужкова, 21 июня 1996 года
Мэр Москвы Юрий Лужков,
президент России Борис Ельцин и Патриарх Алексий II
на церемонии инаугурации Лужкова,
21 июня 1996 года

Энергичный московский Мэр (которого скорее следовало бы называть Столичным Самодержцем), стареющий Президент Российской Федерации, с годами все более похожий на пухлого младенца, а также российский Патриарх составляли правящий Триумвират на официальной церемонии открытия праздничных торжеств. Под сенью могучей длани основателя Москвы Столичный Самодержец со свойственным ему напором заговорил об открытии великого праздника в великой столице великой России, а затем произнесли свои дежурные речи Президент и Патриарх, назвав Москву сердцем России и в политическом, и в духовном смысле. Как только члены правящего московского Триумвирата уселись рядом, эта картина сразу вызвала ассоциации со старыми фотографиями и дореволюционными кинокадрами, запечатлевшими последнего российского царя Николая II и тогдашних церковных иерархов. Разумеется, после революции фигура царя навсегда исчезла из правящей элиты и сам институт монархии уже никогда не возрождался, о чем присутствующие на церемонии едва ли сожалели. Место царя заняли политические лидеры Президент и Мэр (будущий Президент?) Подобно европейским монархам, русские императоры провозглашали свое божественное право на царствование. Но если над Николаем II (по крайней мере, теоретически) стоял Бог, поддерживающий и направляющий все его начинания, то что поддерживает необычайно популярного московского Мэра? Его «демократические» выборы? Американские доллары и немецкие марки? Новые плутократы и бюрократические структуры? А что это за масонская цепь у него на шее? Хотя торжество явно не было предназначено для простых граждан – толпы плебеев были оттеснены на безопасное расстояние или смотрели по телевизору эту церемонию, куда пускали только по особым пригласительным билетам – большинство россиян отнюдь не испытывают ностальгии по царским временам и не требуют восстановления монархии. Но каким же образом нынешнему хитроглазому Патриарху удалось затесаться в компанию постсоветских правителей? Если уж царя навсегда выкинули из истории, то разве не должен вслед за ним отправиться и Патриарх? Если судить по грандиозному вечернему хоровому концерту на фоне только что восстановленного храма Христа Спасителя, строительство которого обошлось в десятки миллионов долларов, то Патриарх обосновался в правящей элите всерьез и надолго. Невольно возникают еретические вопросы: действительно ли он верит в то, что проповедует? Волнуют ли его притязания мировых религий на высшую истину? Принимает ли он учение и обряды Русской Православной церкви только потому, что они являются частью русской традиции? Как бы то ни было, но из всего постсоветского Триумвирата лишь Патриарх открыто провозглашает, что Бог на его стороне. В отсутствие царя новое государство и обновленная церковь явно нуждаются друг в друге и признаются во взаимной любви.

Интересно, что думал князь Юрий Долгорукий, взиравший со своего постамента на нынешних московских правителей, открывавших церемонию празднования 850-летия Москвы?

Великая Неопределенность

Сегодня человечество настолько измельчало духовно, настолько растеряно, так погрязло в сиюминутных заботах и историческом невежестве, что едва ли способно по-настоящему праздновать восемь с половиной веков страданий и радостей, жизни и смерти, культуры и варварства. Было бы лицемерной иллюзией воображать, будто мы способны осмыслить всю эту великую историческую реальность. Во время московских празднеств большинство так называемых публичных мероприятий (куда публику пропускали по билетам) мало отличались от тех пошлых поп-шоу, которые можно увидеть по телевизору. Прошли еще массовые (хотя какие-то неубедительные) парады, театрализованные представления и костюмированные шествия, но все это великолепие не могло скрыть того факта, что вся наша жизнь, общество и глобальная цивилизация насквозь пронизаны одним чувством, которое большинство не признают или стараются не замечать – чувством великой Неопределенности. Все-таки мы знаем и чувствуем, что Бог, на существование которого большинство людей надеются, умер – не в прямом смысле, разумеется, а в нас, в наших душах, в нашей жизни, в нашем обществе и культуре, в нашей многонациональной и многорелигиозной цивилизации. Знаменитые слова Ницше «Бог умер», произнесенные больше века назад, могут быть неизвестны многим простым людям, будь то русские или американцы, но та великая Неопределенность, которую очень точно распознал и определил немецкий философ, пребывает в самом сердце нашей культуры и несчастной больной цивилизации, равно как и в нашей повседневной жизни. Но, как говорят в Америке: «Представление должно продолжаться!» и московские праздничные торжества идут своим чередом, несмотря на лондонский траур или на безвременную кончину матери Терезы в Калькутте, даже если сами москвичи не понимают, что они празднуют.

Как сообщают журналисты, в субботу не только в Лондоне, но и по всей Англии, а также в США и других странах миллионы людей погрузились в траур – в то же время в Москве люди пели и ликовали. Когда дары из двух зевесовых урн смешиваются в современном глобализованном мире, то можно одновременно наблюдать московский уличный парад по телевизору и слушать репортаж Би-би-си о лондонских похоронах принцессы Дианы. Разве можно скорбеть о лондонской трагедии в ликующей Москве или праздновать московский юбилей среди лондонского траура? Но представление должно продолжаться – и по улицам Москвы шествуют парады, гремит веселая музыка, звучат песни, в небе сверкают фейерверки и лазерные лучи, а на улицах Лондона плачущие толпы провожают погребальный кортеж Дианы в последний путь. Сообщают, что ее похоронят на острове, где она наконец обретет покой и будет недоступна для назойливых зевак и репортеров.

А главное, гоните действий ход
Живей, за эпизодом эпизод.
Подробностей побольше в их развитье,
Чтоб завладеть вниманием зевак,
И вы их победили, вы царите,
Вы самый нужный человек, вы маг.
Чтобы хороший сбор доставить пьесе,
Ей требуется сборный и состав.
И всякий, выбрав что-нибудь из смеси,
Уйдет домой, спасибо вам сказав[2].

(Реплика Директора из Театрального вступления к «Фаусту» Гёте).

На московских торжествах едва ли можно было чему-то радоваться среди такой скученной толпы, разве что на особых немноголюдных мероприятиях для избранных, куда пускали по специальным приглашениям. Если внимательно изучить лица москвичей в документальных фильмах 1913, 1917, 1921, 1933, 1945, 1947, … 1997 годов, то невольно призадумаешься, а нужно ли Москве праздновать 850 лет ее истории? А если пройтись по Тверской улице и вглядеться в лица прохожих, то станет ясно, что Москве и России скорее следует объявить траур или по крайней мере серьезно поразмыслить над своей историей.

Если бы в США отмечали юбилей со дня основания большого города и главные праздничные мероприятия были закрыты для простых граждан, это могло бы вызвать всеобщее возмущение и уличные беспорядки. Неужели Москва не хочет стать цивилизованным городом? В новой космополитичной Москве участники закрытых эксклюзивных мероприятий отмечали свой праздник, им не было никакого дела до огромной уличной толпы.

Лазерная София

Лазерное шоу Жана Мишеля Жарра: изображения православных икон проецируются на фасад Московского государственного университета, 6 сентября 1997 года
Лазерное шоу Жана Мишеля Жарра:
изображения православных икон проецируются на
фасад Московского государственного университета,
6 сентября 1997 года

На заключительной церемонии в Лужниках состоялось грандиозное фантастическое лазерное шоу с показом картин из московской истории. Действительно ли Москва является сердцем России, как неустанно повторяют Московский Самодержец, Президент и Патриарх? Быть может, в сегодняшней Москве и во всей России на самом деле правят бал американские доллары, гигантские транснациональные корпорации и банки? Еще в 1992 году я утверждал в моей лекции, что западная экономика может в корне изменить всю российскую жизнь. Когда смотришь на транспаранты с цитатами из Пушкина и Чехова о любимой столице, то нельзя не согласиться, насколько же Москва была прекрасна в XIX веке! «Как много в этом звуке…» В Москве уже построены 7 Макдоналдсов (и это только начало!), на улицах сияют рекламы транснациональных корпораций (Пепси, Филипс, Байер, Хейнекен, Кока-кола, Самсунг и т. д.), повсюду снуют бандитские мерседесы, мафия процветает, в столицу приезжают голливудские звезды Чак Норрис, Арнольд Шварценеггер, Сильвестр Сталлоне и пропагандируют свою убогую американскую поп-культуру среди восхищенных россиян, на каждом углу пункты обмена валюты… несомненно, Пушкин и Чехов были бы без ума от такой Москвы, да и сам основатель города князь Юрий Долгорукий была бы рад, что Москва изо всех сил старается быть похожей на западный мегаполис!

Современные танцевальные номера на заключительной церемонии напоминали древние языческие пляски и резко контрастировали со старомодными танцами из эпохи христианской Святой Руси.

Если верить газетам, то во время лазерного шоу образ святой покровительницы города Девы Марии был спроецирован на ночное небо над Лужниками в качестве благословения. Не библейская «Жена, облеченная в солнце» (Откровение 12:1-17), вдохновившая старца Филофея на создание концепции Третьего Рима; не таинственная духовная фигура Софии, скрытая во Владимирской иконе Божией Матери и волновавшая многих русских философов – теперь высокотехнологичное трехмерное лазерное изображение Девы Марии пришло на смену той духовной реальности, которая уже больше века давала повод для рассуждений об уникальном историческом пути России.

Часть вторая

Всемирные сплетни и волшебная сказка о Золушке

Хотя принцессу Диану часто изображали этакой бедной Золушкой, нашедшей своего прекрасного принца, на самом деле она происходила из аристократической английской семьи с четырехсотлетней историей. В последние годы жизнь несчастной принцессы Уэльской стала поистине невыносимой – как сказал ее брат на траурной церемонии в Вестминстерском аббатстве, репортеры и фотографы беспрестанно вели за ней настоящую охоту. Недавно она даже публично сообщала о своем намерении покинуть Англию, где сейчас тысячи людей скорбят о ее смерти. Всего за несколько дней до трагедии на радио Би-би-си прозвучала дискуссионная программа, в которой обсуждался феномен леди Ди и часто упоминалось, как принцессу мучили и раздражали преследовавшие ее фоторепортеры. Один британский радиоведущий откровенно заявил, что ей придется иметь дело с этой проблемой до самой смерти.

Похороны принцессы Дианы, 6 сентября 1997 года
Похороны принцессы Дианы, 6 сентября 1997 года

Миллионы людей не только в Великобритании и США, но и во всем мире обожали читать о любых подробностях ее частной жизни, особенно о любовниках и психологических проблемах, а также рассматривать ее фотографии, добытые всеми правдами и неправдами. Именно эта глобальная индустрия сплетен стала причиной ее гибели, ведь если бы Диана не была такой культовой фигурой для миллионов читателей, то в тот вечер ее машина не мчалась бы на бешеной скорости, уходя от репортерской погони. Простые британцы и после смерти принцессы продолжали повторять, что любили ее за простоту и дружелюбие, за умение вести себя как все, а не как чопорные и напыщенные члены королевской семьи. В отличие от британцев, не имеющие собственной аристократии американцы видели в ней прежде всего прекрасную принцессу. Если бы она не вышла замуж за принца Чарльза в эпоху глобальных средств массовой информации, то большинство ныне скорбящих не только не сожалели бы о смерти Дианы, но никогда бы о ней не услышали. Конечно, ее свадьба была похожа на волшебную сказку – скромная очаровательная Золушка находит своего принца и становится принцессой. Но в каждой сказке должен быть свой намек, так какой же урок может преподнести эта сказка? Или миллионам людей просто нет до этого дела?

В душе простого британца глубоко укоренено чувство собственной неполноценности и благоговения перед высшей аристократией, поэтому ему всегда приятно, если член королевской семьи ведет себя как обыкновенный человек. Но почему же миллионы людей во всем мире так искренне скорбят о трагической гибели женщины, которую они совсем не знают и видели только на фотографиях и по телевизору? Разве Диана не была для миллионов поклонников скорее голливудской знаменитостью, чем прекрасной принцессой, и ей поклонялись именно как голливудской звезде? Они была не единственным членом королевской семьи и не единственной европейской аристократкой, защищавшей бедных, больных, униженных и угнетенных, но если бы не очаровательная застенчивость, так ли уж волновали бы ее постоянные вторжения в частную жизнь? Что говорит нам мифология леди Ди о человеческой природе тех людей, которые поклонялись принцессе и сплетничали о ней?

Святая знаменитость

Мать Тереза (1986)
Мать Тереза (1986)

Мать Тереза (наст. имя Агнес Гондже Бояджиу, род. 26 августа 1910 года в Скопье, Македония) некстати умерла в ночь перед похоронами принцессы Дианы, на которых было сосредоточено всеобщее внимание, поэтому траур по святой Терезе пришлось на время отложить. Слушая беспрестанные славословия в адрес Дианы целую неделю перед похоронами, невольно спрашиваешь себя: кто был ближе к святости – принцесса Уэльская или Тереза Калькуттская? Если бы мать Тереза обладала такой же миловидной аристократической внешностью, как принцесса Диана, и при этом так же заботилась о самых нищих и обездоленных индийцах, то ее единодушно признали бы святой еще при жизни, даже вопреки абсурдным бюрократическим правилам Католической церкви, которые требуют расследования и подтверждения посмертных чудес.

Став частью толпы, человек чаще всего стремительно глупеет. Когда современные люди сливаются в толпу, то превращаются в непредсказуемую тупую массу и представляют собой жалкое зрелище, из какой бы зевесовой урны на них ни изливались дары судьбы. Похороны принцессы Дианы по их масштабу и историческому значению опрометчиво сравнивали с похоронами Черчилля, Джона Кеннеди, Жаклин Онассис и других знаменитостей, хорошо еще, что не с погребением Сталина или Мао! Все это свидетельствует лишь об одном – насколько же мысли и чувства миллионов людей зависят от средств массовой информации с их бесстыдной пропагандой.

Принцесса Диана была скорее знаменитостью, чем святой, хотя и занималась благотворительностью; мать Тереза была скорее святой, хотя прославилась на весь мир и умела использовать свою славу в благотворительных целях. На траурной церемонии в Вестминстерском аббатстве брат принцессы обвинил папарацци в смерти Дианы, а скрывающийся от исламских террористов писатель Салман Рушди недавно написал в «Нью-Йорк Таймс», что каждый, кто читал в желтой прессе сплетни о леди Ди, отчасти виновен в ее смерти.

Миллионы людей по-детски верили в сказку о прекрасной Золушке, ведь им были необходимы кумиры, о чьей интимной жизни можно всласть посплетничать. Однако, родословная Дианы Спенсер древнее 1627 года, когда в английском языке впервые было зарегистрировано слово «сплетня» (“gossip”), которое словарь определяет как «легкомысленные разговоры, чаще всего о частной жизни других людей». Знают ли поклонники Дианы историю ее семьи или их гораздо больше интересуют ее любовные романы?

Вся жизнь принцессы Дианы, ее замужество и развод, любовные увлечения и психологические проблемы стали достоянием популярной мифологии, но волшебная сказка о Золушке оказалась с плохим концом! Что должны были почувствовать ее скорбящие поклонники, когда вечером 5 сентября, накануне похорон было опубликовано фото окровавленной полуобнаженной принцессы и ее египетского возлюбленного среди обломков автомобиля сразу после нелепой катастрофы 31 августа?

Несчастная Диана была добрым и благородным человеком, но вовсе не желала становиться всеобщим кумиром и превращаться в тот мифический ангельский образ, который ей навязывала публика и пресса. Больше всего она хотела, чтобы ее просто оставили в покое. Пышная свадьба этой современной Золушки в Соборе Святого Павла вызывает ассоциации с трагической судьбой того святого, в честь которого назван собор. Апостола Павла гнали и в конце концов казнили за его веру и проповедь христианства среди язычников, но теперь его имя употребляется всуе лишь для обозначения того места, где прошло торжество. На похоронах Дианы прославленный Элтон Джон исполнил сентиментальную песню «Свеча на ветру», которая первоначально была посвящена совсем другой знаменитости – Мэрилин Монро. Диану вконец измучили постоянные вторжения в ее частную жизнь, она стала жертвой ненасытной человеческой жажды сплетен, а теперь те же самые сплетники плачут на ее похоронах – вот уж действительно не ведают, что творят!

Диана, принцесса Уэльская (1995)
Диана, принцесса Уэльская (1995)

Очень многие уже говорили, что мы все виновны в гибели Дианы, потому что читали о ее частной жизни в бульварных газетах и с вуайеристской жадностью рассматривали ее фотографии. Кое-кто утверждал, что если бы многочисленные поклонники действительно любили Диану, то после ее смерти они должны были бы навсегда отказаться от чтения таких вульгарных изданий, сыгравших роковую роль в жизни принцессы. Миллионы скорбящих поклонников должны пережить то, что апостол Павел называл метанойей (греч. μετάνοια – изменение сознания), отрекаясь от низких помыслов и увлечений во имя той, которую любили. Но, как справедливо заметил Салман Рушди в своем интервью Би-би-си, вероятность такого массового нравственного переворота в человеческом обществе равна нулю. Вместо того, чтобы задуматься над собственным бесстыдным поведением и заслужить прощение, толпы безутешных поклонников высыпали в субботу на улицы Лондона, а миллионы телезрителей по всему миру смотрели на церемонию похорон – все это красноречиво свидетельствует не столько о масштабе личности несчастной принцессы, сколько о косности человеческой природы. Если говорить откровенно, то разве не появится через год-два новая знаменитость, которую точно так же будут преследовать ныне присмиревшие журналисты, фотографы и зеваки? Когда якобы два с половиной миллиарда человек (Иисус Христос и апостол Павел и мечтать не могли о такой славе!) смотрят по телевизору, как хоронят очаровательную принцессу, которая лично им не знакома – это говорит о нездоровом состоянии человеческого общества и культуры. Однако, эти проблемы стары, как мир. 2 сентября 1813 года Джон Адамс писал Томасу Джефферсону:

Итак, друг мой, кто же такие ἄριστοι [аристократы]? Философы ответили бы: «Те, кто обладает мудростью и добродетелями». Но мировая история и человечество всегда отвечали на этот вопрос: «Богатые, красивые и знатные». Даже сами философы предпочитают выдавать своих дочерей не за добродетельных мудрецов, а за богатых и знатных красавцев. Разве могут таланты и добродетели конкурировать с богатством, знатностью и красотой?[3]

В предыдущем выпуске «Американских размышлений», написанном еще до празднования 850-летия Москвы, я назвал подобные торжества фальшивыми. Поскольку я сам не русский, не участвовал в массовых уличных гуляниях, не принадлежу к российской интеллигенции и уж тем более не был приглашен на особые закрытые мероприятия – мне неизвестно, как воспринимали этот праздник москвичи, но после всего увиденного мое мнение ничуть не изменилось. Так называемые торжества оказались именно такими, как я ожидал, и лучше всего они описаны в вышеприведенных словах театрального Директора из «Фауста» Гёте. Не принадлежу я также и к многочисленным поклонникам принцессы Дианы, которые 16 лет назад заворожено смотрели на ее пышную свадьбу и с тех пор интересовались мельчайшими деталями ее частной жизни, поэтому не знаю, почему они так безутешно рыдали на ее похоронах. Но мне кажется нелепой их манера предаваться бурным чувствам вместо того, чтобы задуматься и признать свое участие в ее трагической гибели.

Убить дракона

Герб города Москвы
Герб города Москвы

На гербе Москвы изображен святой Георгий, поражающий дракона, и в предпраздничные дни эту героическую сцену можно было увидеть в городе чуть ли не на каждом шагу. Наверное, сам князь Юрий Долгорукий согласился бы, что победу над драконом действительно стоит отпраздновать. Если бы цель пышных московских торжеств заключалась в том, чтобы возвысить человеческую душу и общество, а не просто развлечь и отвлечь от бытовых проблем, то 850-летие Москвы стало бы великим народным праздником, достойным всяческого одобрения и восхищения. Если бы члены московского Триумвирата заговорили о глубинном смысле победы над драконом, то есть о победе над силами зла в человеческой душе; если бы призвали общество к новой возвышенной жизни – тогда московский праздник не превратился бы в такое напыщенное шоу по рецепту Директора из «Фауста».

Если бы тысячи лондонцев исповедовали свою вину, если бы открыто признали, как недостойно с их стороны было читать и сплетничать об интимной жизни Дианы вопреки ее протестам – тогда такое покаяние было бы гораздо полезнее, чем истерические слезы и массовый траур.

6 сентября 1997 года в Москве и Лондоне одновременно прошли грандиозные празднества и пышные похороны – так человечество отреагировало на различные дары судьбы, излитые на него из двух зевесовых урн. Оба мероприятия показались мне какими-то неубедительными, фальшивыми, и после них у меня почти не осталось надежд на улучшение человеческой природы. Однако, учитывая большинство отзывов и комментариев в средствах массовой информации, приходится признать, что сегодня подобные размышления непопулярны.


Впервые опубликовано в газете English, №39, октябрь 1997, с. 1-14; №40, октябрь 1997, с. 14.


См. также эссе «Спячка, страдание, а также 220 и 850-летние годовщины со дня основания» (English, #35, 1997).

Примечания

1 Гомер. Илиада / пер. с древнегреч. Н. Гнедича – М.: Художественная литература, 1978. – С. 467-468. Назад к тексту

2 Гёте И. В. Фауст / пер. с англ. Б. Пастернака // Собрание сочинений. В 10 томах. Т. 2. – М.: Художественная литература, 1976. – С. 10-11. Назад к тексту

3 Lester J. Cappon, ed., The Adams–Jefferson Letters (Chapel Hill, North Carolina, 1987), p. 371. Назад к тексту