Американские Размышления - сайт Стивена Лаперуза

Урок для американцев: благоговение перед прекрасным

Социальные и культурные условия в постсоветской России меняются очень быстро. Когда это короткое эссе было написано, изложенные в нем идеи и утверждения казались вполне справедливыми. Однако новая особенность российской жизни в том, что эти утверждения с каждым днем теряют свою актуальность!

Когда я начал регулярно приезжать в Россию начиная с 1986 года, меня прежде всего приятно удивил высочайший уровень образования моих русских знакомых. Я часто поражался, насколько же лучше меня они знали американскую литературу, не говоря уже о русской. Иногда это производило ошеломляющее впечатление и просто сбивало с толку. И дело было даже не в том, что они больше читали американских классиков XIX и XX века – меня изумлял их неподдельный энтузиазм, глубина идей и познаний, живой интерес и то, насколько близко к сердцу они воспринимали эту литературу. Россия и русские буквально шокировали меня. Пожалуй, тогда я впервые в жизни понял, что значит настоящий культурный шок. Насколько помню, во время моих первых трех-четырехмесячных поездок в Советский Союз этому особенно способствовал контраст между уровнем культуры и советскими бытовыми условиями, столь заметный для иностранного туриста.

По прошествии 3-4 лет мои русские и американские друзья и коллеги пришли к единодушному мнению, что советская система предоставляла гораздо более серьезное и основательное образование по сравнению с американской, что русский студент в своем развитии опережал американского в среднем на два года. Это относилось и к школьному, и к университетскому образованию. Десятилетний сын нашего переводчика в гостинице «Интурист» поразил меня своим великолепным знанием английского, в то время как большинство американцев не удосуживались как следует выучить иностранный язык даже в университете.

Впечатление производил не только уровень знаний русских студентов в определенной области, но также широта их интересов. Каждый, кто был знаком с узкой специализацией американской системы образования (особенно высшего), не мог не поражаться, насколько начитаны и широко образованы были даже простые советские инженеры. В отличие от России, в Америке никто не ждал от среднего инженера глубоких познаний в литературе или страстного интереса к поэзии. Если в Соединенных Штатах литература считалась каким-то второстепенным, необязательным, незначительным дополнением к жизни, то в России она имела большое значение и вызывала нешуточные страсти. Мне потребовалось несколько раз посетить Россию, чтобы по-настоящему осознать эту общественную и культурную особенность российской жизни, хотя мои американские спутники так ничего и не поняли. Помню, как я каждый раз возвращался в Америку полный вдохновения и смиренного желания расширить свои познания в области американской и русской литературы. Как правильно заметила моя коллега Татьяна Морозова в своей статье «Послание Торо для России», американцы используют книги и знания более прагматично, им чужда русская «платоническая любовь» к литературе. Мой опыт поездок в Советскую Россию, а также опыт многих других американских путешественников полностью подтверждает это.

Одну из важных составляющих этой «платонической любви» я бы определил как благоговение перед прекрасным. Мне постоянно приходилось встречать самых разных русских, которые искренне восхищались выдающимися культурными деятелями: писателями, музыкантами, поэтами, певцами, философами, литературными критиками или просто моральными авторитетами. Это было настоящее благоговение перед совершенством! Причем совершенно неважно, шла ли речь о живом или мертвом человеке, был ли он признан или гоним государством – всегда уважали самых лучших, достигших высочайших вершин в любой области культуры, будь то поэзия, философия или музыка. Вспоминаю, как американский виолончелист китайского происхождения Йо Йо Ма исполнял сюиты Баха в Ленинграде конца 80-х годов, и публика слушала с таким напряженным вниманием и глубоким чувством, храня благоговейное молчание во время пауз – такого я не видел даже на церковных службах в западных странах. Подобное благоговение перед прекрасным и перед теми, кто обладает знанием, мастерством, мудростью – вот чего так не хватает в современной Америке.

В 1980-х годах в Калифорнии я знал одну выдающуюся женщину, посвятившую жизнь истории искусства. Ее лекции до сих пор собирают полные залы, хотя в последнее время отношение публики стало меняться. Недавно одна восемнадцатилетняя студентка университета смело заявила, что у нее особый взгляд на Ван Гога, и что ее мнение имеет такую же ценность, как и мнение этого выдающегося искусствоведа. Подразумевалось, что мнения всех людей – и восьмидесятилетнего историка искусств, и восемнадцатилетней студентки – имеют равный вес и значение. Этот случай, упомянутый в публичной дискуссии о системе американского образования в качестве «приметы времени», очень хорошо характеризует нынешнюю культурную атмосферу и общественное мнение в США. Такое отношение, далекое от благоговения перед прекрасным, стало распространятся после 1960-х годов. Различия между высокой и низкой культурой, между прекрасным и практичным во многом стали стираться благодаря уравнительным и индивидуалистическим тенденциям в американской культурной жизни. Такие тенденции приводят к тому, что все мнения признаются равноценными, особенно в области искусства и гуманитарных наук, поскольку там мнения гораздо теснее связаны с правом на личные убеждения, чем в точных науках. В современной Америке уже считается неприличным заявлять, что кто-то чем-то лучше других. В некоторых сегментах американского общества даже существует агрессивная тенденция к отрицанию любых знаний, мнений, навыков или открытий, претендующих на какое-либо превосходство. Хотя такое агрессивное отношение встречается не везде, общая тенденция налицо.

Когда люди предпочитают критиковать и отрицать, вместо того, чтобы восхищаться и преклоняться перед знанием, мастерством и совершенством, в обществе создается очень нездоровая атмосфера всеобщей путаницы. Главная проблема заключается в американских культурных ценностях, ибо в современной Америке совершенно непонятно, кого следует уважать и почитать – богатых голливудских кинозвезд, супердорогих спортсменов, бизнесменов, зарабатывающих миллиарды на эксплуатации дешевого труда в других странах, или же чудаковатых художников и одиноких ученых, посвятивших жизнь искусству, работе, науке… Америка пребывает в растерянности и до сих пор не сделала окончательный выбор между внешними и внутренними ценностями, хотя явно склоняется в сторону материального богатства.

Нынешнее состояние американской культуры и образования ясно показывает, насколько важно сохранять благоговение перед прекрасным. В этом заключается серьезный урок, который Россия может преподать американцам.


Впервые опубликовано в газете English, №30, 2000, с. 1-16.